4'2004
87654321
Мартин Лютер Кинг: одиссея к ненасилиюВиолетта Гриневич

Тот, кто верит в ненасилие, - это человек, который добровольно отдает себя в жертву насилию, но который никогда не совершит насилия по отношению к другому. Такой человек живет согласно убеждению, что через его страдания и крестный путь можно искупить социальную ситуацию.
М. Л. Кинг

А Я говорю вам: любите врагов ваших, благословляйте проклинающих вас, благотворите ненавидящим вас и молитесь за обижающих вас и гонящих вас.
Евангелие от Матфея 5:44

В этом мире, где насилие играет решающую роль в разрешении большинства проблем, существует и альтернативный путь, который не приемлет насилия в качестве оптимального средства достижения цели в спорах или конфликтах. Это так называемая теория ненасилия (или ненасильственного сопротивления). Пожалуй, ярчайшим примером воплощения этой теории в жизнь является деятельность Мартина Лютера Кинга, американского духовного лидера и борца за свободу прав человека.

Интеллектуальный путь к ненасилию

Сам М. Л. Кинг пришел к теории ненасилия не сразу. Но во многом, как сам он отмечал, формированию таких взглядов поспособствовала та обстановка, которая окружала его в детстве. Кинг писал в "Автобиографии": "Атмосфера в нашей семье была очень благоприятной. Мне довольно легко представлять Бога любящим главным образом потому, что я вырос в семье, где выше всего ценилась любовь и где отношения всегда основывались на любви. Мне довольно легко представлять Вселенную в сущности дружественной в основном благодаря вниманию и поддержке, которые я получил в детстве. Мне довольно легко склоняться больше к оптимизму, чем пессимизму в отношении человеческой природы в основном из­за того, что я испытал, когда был ребенком".
М. Л. Кинг говорил, что в своем характере он совмещает такие противоположные качества, как воинственность и миролюбивость, идеалистичность и реалистичность. Он писал: "Всепреодолевающую жажду справедливости я унаследовал от отца, человека сильного и энергичного; а кротость, я надеюсь, досталась мне от матери, ласковой и доброй женщины".
Мартин Лютер Кинг вырос в церкви. Его отец был пастором, большинство мужчин в его семье были проповедниками, да и вообще, почти все его родные принадлежали к церкви. Кинг шутил, что ему ничего не оставалось, как самому стать проповедником.
Во время учебы в колледже, особенно в первые два года, в голове у юноши зародилось множество сомнений. Кинг писал: "Именно тогда с меня спали оковы фундаментализма". Его очень волновали проблемы, возникающие в церкви. Он испытывал неоднозначное чувство по отношению к эмоциональности негритянского поклонения: "Если бы в наших сердцах и душах было столько же веры, сколько в наших руках и ногах, мы могли бы изменить мир".
С горечью Кинг отмечал, что большинство служителей в церкви были необразованными. Он пришел к выводу, что проповедникам необходимо образование и серьезная теоретическая подготовка. Само служение проповедника Кинг представлял как важнейшую задачу - донести до людей Божью истину через проповедь. При этом он видел, как люди нуждались в проповеди в то социально и политически неспокойное время.
Готовясь стать проповедником, Кинг отмечал, что хорошему проповеднику недостаточно быть искренним; кроме этого, нужно обладать гибкостью ума и непоколебимостью убеждений. О самой проповеди он писал: "Я думаю, что проповедь должна основываться на нуждах и переживаниях людей". Кинг отмечал двойственность направления действия проповеди: "С одной стороны, я должен попытаться повлиять на души отдельных людей, чтобы изменить общество. С другой стороны, я должен попытаться повлиять на общество, чтобы изменение произошло в душе каждого человека. Поэтому меня должны заботить такие явления, как безработица, бедность и экономическая нестабильность. Я убежденный сторонник социального Евангелия".
Во время учебы в Кроузерской духовной семинарии Кинг познакомился с основными трудами философов и мыслителей того времени. Он пришел к выводу, что "правды нет ни в марксизме, ни в традиционном капитализме": "В коммунизме человек - это не более чем обезличенный винтик в государственном механизме". Кинг восставал против такого понимания сущности человека: "Человек - это венец, потому что он дитя Божье". Но наряду с критикой Кинг отметил и положительный момент в учении коммунизма: "Коммунизм был создан как протест против страданий и лишений угнетенных". Между жалкой нищетой и баснословным богатством лежит огромная пропасть, что и является причиной большинства социальных кризисов. Но и капитализм не предлагает решения проблемы: "Капитализм содержит в себе опасность вдохновлять человека заботиться более о том, как выжить, нежели о том, как жить. Мы склонны судить об успешности человека по размеру его зарплаты, по стоимости его автомобиля, а не по тому, насколько значителен его вклад в служение человечеству. Таким образом, капитализм может привести к практическому материализму, который так же опасен, как и материализм, проповедуемый коммунистами… Царство Божие - это ни утверждение индивидуалистического сосуществования, ни противоположное ему утверждение коллективного совладения, но синтез достоинств обеих форм".
В семинарии М. Л. Кинг впервые познакомился с концепцией пацифизма на лекции одного из профессоров и заинтересовался ею. Ранее он был убежден, что в борьбе с насилием эффективно лишь упорное сопротивление тем же методом: "Ранее я думал, что христианская этика любви применима лишь к межличностным отношениям. Я не мог понять, как это учение может быть действенным в социальной сфере". Кинг был в недоумении по поводу того, как философия, призывающая "подставь другую щеку" или "любите врагов ваших", могла действовать в социальном конфликте, в который были вовлечены социальные и расовые группы или даже нации. Казалось, что требуется более реалистичный подход к такого рода ситуации. Но после того, как Кинг начал читать Ганди, он признал свою позицию ошибочной. Кинг пришел в восхищение от теории "ненасильственного сопротивления" Ганди. Это и было началом "одиссеи" Кинга к ненасилию: "Именно в этом призыве Ганди к любви и ненасилию я обнаружил путь к социальному реформированию, который я так долго искал. Интеллектуальное и нравственное удовлетворение, которого я не нашел в утилитаризме Бентама и Милля, в революционном пути Маркса и Ленина, в теории социального договора Гоббса, в оптимистическом стремлении Руссо "назад к природе", в философии "сверхчеловека" Ницше, я открыл для себя в теории ненасильственного сопротивления Ганди".
После чтения Ганди М. Л. Кинг подверг критике позицию либерализма, которой и сам до этого твердо придерживался. Но тем не менее до конца своей жизни он убежденно следовал тому, что считал наиболее ценным в либералистических взглядах: стремлению к правде, желанию обладать открытым аналитическим умом и чистым разумом. Затем Кинг прочел труд Рейнхольда Нибура "Моральный человек и аморальное общество". Автор утверждал, что, в сущности, нет никакой нравственной разницы между насильственным и ненасильственным сопротивлением. Далее Нибур доказывал бездейственность ненасильственного сопротивления в борьбе против распространения тоталитарной тирании. Кинг не мог согласиться с авторской интерпретацией пацифизма как пассивного непротивления злу, которое основывается на наивной вере в силу любви. М. Л. Кинг писал: "Истинный пацифизм - это не непротивление злу, а ненасильственное сопротивление злу. Ганди противостоял злу с такой же силой и упорством, как и сторонник насильственного сопротивления, но он противостоял злу с любовью вместо ненависти".
Нибур, однако, справедливо указывал на опасность ложного идеализма, к которому может привести излишний оптимизм в отношении человеческой природы.
Следующий этап нравственного пути Кинга к ненасилию наступил во время его учебы в Бостонском университете. Там он познакомился со многими сторонниками теории ненасилия, как среди преподавателей, так среди и студентов. Убеждения этих людей основывались не на "наивном оптимизме в отношении человеческой природы, а на глубокой вере в возможности человека, который позволил себе стать соработником Бога".
Знакомство с этими людьми дало Мартину Лютеру толчок к самостоятельному изучению теории ненасилия и, безусловно, очень сильно повлияло на ход его мыслей. Он обнаружил, что теологически все еще придерживается позиций либерализма, будучи убежденным в правильности многих его основных положений. Однако за время учебы в Бостоне Кинг заметил, что он все больше начинает симпатизировать неоортодоксальным взглядам. Он объяснял это тем, что именно эта позиция "заставила его вернуться к глубинам христианской веры". Кинг также понял, что Рейнхольд Нибур сосредоточивал слишком много внимания на греховности человеческой природы, потому что его пессимизм в отношении человека перевешивал оптимизм, который внушает Божественная природа: "Он, Нибур, был настолько занят тем, что оценивал состояние болезни греха у человека, что не придавал должного значения исцеляющей силе благодати".
В университете Кинг занялся изучением философии персонализма, которая утверждала, что ключ к пониманию существующей действительности следует искать в личности. До конца своей жизни Кинг разделял эту позицию. Упор персонализма на то, что в итоге действительна лишь личность, конечная или бесконечная, повлиял на Кинга в двух направлениях: во­первых, персонализм предоставил ему метафизическое и философское обоснование концепции Бога как личности и, во­вторых, показал ему метафизическую основу достоинства и значимости человеческой личности.
Свою диссертацию Кинг посвятил исследованию концепции Бога как личности. После окончания учебы он познакомился с социальной позитивистской философией. Одним из основных принципов этой философии является убеждение, что ненасильственное сопротивление - мощнейшее оружие угнетенных в борьбе за социальную справедливость. Но Кинг в то время разделял эту позицию на интеллектуальном уровне, не задумываясь о том, как воплотить ее в существующей общественной ситуации.
В это время Кинг активно участвовал в жизни своей церкви (вскоре он стал сопастором церкви вместе со своим отцом). Не менее активно участвовал он и в социальной жизни. М. Л. Кинг всегда чувствовал "сильное побуждение служить человечеству". Став лидером движения за права негритянского населения и их социальное равенство, Кинг убедился, что насилие - средство, к которому прибегают либо отчаявшиеся люди, либо сами инициаторы социального конфликта. Намного эффективнее противостоять злу ненасилием, потому что есть большая вероятность того, что любовь, с которой противостоят, вызовет в противнике чувство стыда, ведущее к осознанию своей вины. Насилие, как известно, порождает насилие, и в итоге серьезно страдают обе стороны, вовлеченные в конфликт. По этому поводу Кинг писал: "В этой жизни кто­то должен иметь достаточно благоразумия и мудрости, чтобы разорвать цепь ненависти и зла. Я твердо верю, что любовь - это всеизменяющая сила, которая способна поднять целую общность людей к новым горизонтам честности, доброты и справедливости".
С первых дней зарождения движения его основой стала теория ненасилия, или "ненасильственного сопротивления", или "несотрудничества со злом", или "пассивного сопротивления" - как еще ее называли. Однако в рядах движения ни одно из этих названий не упоминалось; чаще всего произносили слова "христианская любовь". И действительно, казалось, не постулаты философии ненасилия, а Нагорная проповедь воодушевила тысячи и тысячи афроамериканцев. Этих людей подвиг на борьбу Иисус из Назарета, который заповедовал им противостоять врагу с любовью. С любовью и терпением, дарованными Богом, Кинг переносил все страдания и невзгоды, связанные с такой опасной деятельностью. В его дом неоднократно подкладывали взрывчатку, ему постоянно угрожали, сам он несколько раз попадал в тюрьму, терпел унижения и лишения. Но каждый раз, когда казалось, что силы иссякают, Кинг просил у Бога дать ему терпения. Очень важно было для него как для лидера движения не пошатнуться в своем убеждении, потому как его пример воодушевлял других. Для самого Кинга таким примером являлся Ганди. Кинг всегда помнил его слова: "Если тебя ударили, не отвечай тем же. Даже если в тебя стреляют, не открывай ответный огонь. Если тебя проклинают, не поступай так же. Просто продолжай идти. Некоторым из нас, возможно, придется умереть, прежде чем мы доберемся до цели. Некоторых из нас, возможно, посадят в тюрьму, прежде чем мы доберемся до цели, но давайте продолжать идти".

Ненасилие на практике

В своей книге "Письмо из Бирмингемской тюрьмы" Мартин Лютер Кинг изложил сущность кампании с использованием непосредственного ненасильственного действия, предусматривающей четыре шага:
1) Сбор информации с целью установить, присутствует ли акт несправедливости.
2) Переговоры.
3) Самоочищение.
4) Непосредственное действие.
Посредством этих мер, отмечал Кинг, будет достигнут необходимый уровень конструктивного ненасильственного напряжения. "Непосредственное действие в рамках теории ненасилия направлено на то, чтобы вызвать такие кризисы и установить такое созидательное напряжение, при которых общество, упорно отказывавшееся идти на переговоры, вынуждено столкнуться с проблемой лицом к лицу. Эти меры имеют своей целью усугубить сложившуюся ситуацию, которую уже нельзя игнорировать". Далее Кинг кратко изложил суть непосредственного ненасильственного действия и объяснил, почему эта тактика лучше всего отвечает потребностям движения за свободу прав человека:
1. Это тактика не для трусов: она предусматривает сопротивление. Сторонник ненасильственного сопротивления борется со злом так же убежденно, как и сторонник насильственных мер. Сопротивление, которое оказывает приверженец теории ненасилия, пассивно, или неагрессивно, в том смысле, что он не проявляет физической агрессии по отношению к противнику. Но его разум и чувства всегда в действии, они постоянно ищут способ убедить противника в его неправоте. Этот метод пассивен физически, однако невероятно активен духовно; он не агрессивен физически, но в высшей степени агрессивен духовно.
2. Ненасильственное сопротивление не стремится поразить противника или унизить его, но завоевать его дружбу и понимание. Сторонник ненасильственного сопротивления часто должен демонстрировать свой протест в форме отказа от сотрудничества, в форме бойкотов. Но при этом он понимает, что отказ от сотрудничества или бойкот сами по себе не есть цель; это лишь только средство, используемое для того, чтобы пробудить в противнике ощущение морального стыда. Цель же - искупление и примирение. Последствие ненасилия - это создание возлюбленного сообщества, в то время как плоды насилия - боль и горе.
3. Этот метод предусматривает, что атака должна быть направлена против сил тьмы, а не против людей, попавших в их ловушку. Мы боремся со злом, а не с людьми, которые стали его жертвами. Те из нас, кто сражается против расовой несправедливости, должны осознать, что основное столкновение происходит не между расами. Как я часто говорю людям в Монтгомери, штат Алабама: "Напряжение в этом городе существует не из­за противостояния между белым и черным населением. В основе всего лежит противостояние между справедливостью и несправедливостью, между силами света и силами тьмы. И если удастся достичь победы, это будет победа не только для 50000 негров, но победа справедливости и сил света. Мы боремся против несправедливости, а не против белых людей, которые, возможно, поступают несправедливо".
4. Ненасильственное сопротивление избегает не только внешнего, физического насилия, но также и внутреннего насилия - насилия над духом. В основе теории ненасилия лежит принцип любви. Ненависть и насилие в ответ только усилят зло в этом мире… Нам необходимо нравственно подняться до того уровня, когда мы будем в состоянии полюбить того, кто совершает зло, но вместе с тем возненавидеть то, что он делает".

Мартин Лютер Кинг твердо верил, что "используя этот метод мудро и отважно, мы сможем подняться из темноты и безысходности ночи человеческой бесчеловечности по отношению к другому человеку и встретить яркий рассвет свободы и справедливости".
© Христианская культура, 2000-2007тел./факс: +375-17-281-72-17